Ежедневник

Ночью выпал густой пу�?истый снег. Он покрыл собой все неровности земли, лег на ветви деревьев. Утром солнце осветило укутанную снежным покровом землю - и та заблестела, засияла несметным множеством искр. Лучи тронули деревья, и глядя на них не каждый бы подумал, что богатый убор листвы наряднее этого бриллиантового блеска.

Об этом сравнении первым делом подумал кентавр, когда закинул назад голову, потягиваясь солнечным утром. Он потеплее запахнул куртку и набросил капю�?он, легкая рябь от мороза про�?ла по его �?куре на боках. Ленивые после сна мы�?цы с каждым �?агом становились подвижнее, скоро кентавр пере�?ел на рысь, и легкий снег серебристой пылью поднимался в воздух от его копыт, снежная пыль покрыла его живот, вплелась белыми нитями в черные фризы на ногах. Бежать было легко, хоть ноги кентавра погружались в снег до середины, но подходя к первым деревьям он замедлил рысь и за�?агал, прочерчивая ногами по ровной снежной пелене длинные глубокие следы. Лицо, выбив�?иеся из-под капю�?она волосы были все в крохотных капельках от растаяв�?его снега, кентавр вытер лицо, улыбаясь, а потом отбросил капю�?он назад.

В лесу было тихо - так тихо, как бывает в такое утро после долгой ночи снежной бури. Даже �?аги боль�?их копыт приглу�?ались мягким снегом. Сколько раз в жизни кентавр ни видел этой удивительной картины, она никогда не повторялась, и каждый раз �?агая привычной тропой, он видел этот лес неповторимым, каким он никогда не был и - кентавр знал это - каким никогда не будет. �? это заставило его улыбнуться еще более счастливой улыбкой.

Едва видимая ложбинка показывала, где проходит тропа, и кентавр следовал ее поворотам, на спуске чуть прибавляя �?аг, на подъеме преодолевая снежные наносы короткими скачками. Хвост и фризы его стали белыми, �?ерсть на крупе покрылась каплями растаяв�?его снега. Взойдя на пригорок, кентавр остановился и глубоко вдохнул полную грудь свежего искрящегося воздуха. Легкий ветерок пробежал между деревьев, напомнив ему, что стоять на месте нельзя, если не хоче�?ь, чтобы капельки на �?куре превратились в кристаллики льда.

Кентавр снова �?агнул в глубокий снег. Он про�?ел через узкий коридор между двумя кленами, тронул рукой �?ер�?авую кору в глубоких бороздах. Вдруг справа раздался громкий стук, и кентавр обернулся. Никого вокруг не было, и несколько мгновений он стоял, прислу�?иваясь. Стук повторился снова, потом еще раз - и кентавр тряхнул гривой: это скрипел дуб, крону его раскачивал ветер. Кентавр повернулся. Вздохнув, он уже был готов продолжить свой путь, но вместо того, чтобы спуститься в низину, он �?агнул с едва заметной тропинки к высокой березе. Он медленно подо�?ел к ней, стоя ногами в снегу, и приложил ладонь к стволу. Пальцы прижались к мягкой сухой коре, и кентавру показалось, что она теплая. Он приложил другую ладонь, медленно провел ею по неровному стволу, потом �?агнул ближе и обнял дерево, прижав�?ись к нему щекой. Ветер утих,не тревожил его, а кентавр закрыл глаза и не двигаясь стоял, думал, слу�?ал, чувствовал.

Хоро�?о, что сегодня были опилки, была хоро�?ая погода и был целый день, чтобы провести его вместе с конями! В коню�?не сегодня опять никого не было, и когда я при�?ел, то �?ла смена проката. Каталась одна деву�?ка. Опилки привезли несколькими днями рань�?е, но когда я уже был готов переставлять тяжика в другой денник, обнаружилось, что завезли также и овес, который занял свободный денник. Выход на�?елся следующий: переставить тяжика в денник Рэбора, пока Рэбор погуляет. Так я и поступил. После того, как денник я сделал, все кони разместились по своим местам.

Мне нравится Рэбор. Я знаю его довольно давно, временами к нему захожу, угощаю его, глажу. Он спокойный конь с аккуратным неболь�?им носом, рыжий. С ним я тоже чувствую себя спокойно, он не кусается, не суетится, у него почти нет дерганых движений. А еще я никогда не могу пройти мимо него, не угостив сахаром, су�?кой, яблоком. Он высовывает между прутьев ре�?етки нос и стоит и смотрит на меня прямо, не двигаясь. �? рука сама лезет в карман за угощением. А потом иду за вилами - принести ему клочок сена. Сена мало, и нужно его экономить…

Сегодня я выводил Рэбора на улицу и назад. Он очень аккуратно ходит, поворачивается, не вырывает из рук недоуздок. Нет, я не хочу сказать, что он послу�?ный, как мерин. Он любит дать волю своим ногам, когда бегает в леваде один, сбрасывает с себя некоторых нервных особ. Он красивый, с ровной спиной, красивая аккуратная голова и морда. Мне нравится его поведение. А может быть что-то другое, что заставляет меня относиться к этому коню с боль�?ой симпатией.

Слепому коню делают уколы, и я всей ду�?ой хочу, чтобы он стал видеть. Если нужно будет, я помогу по мере своих сил. А тяжик как всегда веселый и игривый, я на него фыркаю и толкаю его, чтобы не кусался. Потому что когда придет весна и лето, то я не буду носить толстый ватник, а через руба�?ку он меня так щипнет, что синяк будет не одну неделю. Я его все равно люблю и треплю за гриву, когда он жует угощение. Только надо научить его брать с руки как следует, а не так, как сейчас - с �?ироко разинутым ртом и оттянутой губой! Так он кого угодно напугает, этакой-то пастью!